04.05.2006

Президент на “народном счетчике” или отвлекающая игра

Успех кыргызского Майдана 29 апреля вынуждены признать все без исключения  политические силы Кыргызстана, разумеется, не без собственных  оценок и комментариев отдельных его моментов. Но если подходить к событию непредвзято и смотреть на него шире, все эти “отдельные моменты” меркнут перед  мастштабным  значением и глубинным смыслом апрельского народного собрания на главной площади страны. Очевидно и то, что политический климат заметно оздоровился и его пугающая неопределенность сменилась уверенным прорывом здоровых сил общества. Такая позитивная перемена в настроениях кыргызстанцев, их уверенность в свою правоту  думается "дошло" до руководства, которое, наконец-то, начало делать шаги сторону разрешения жесточайшего политического кризиса. Первым признаком этого стала коллективная отставка большинства членов кабинета министров. Как заметили ряд наблюдателей, уже этот шаг со стороны традиционно непотопляемых и бессменных с первых дней суверенитета кыргызских министров есть “луч света в темном царстве”. Можно сказать, впервые с момента начала политического кризиса главные стороны заняли ясные исходные позиции и готовы поговорить начистоту. 

Но есть в этом коллективном прощении свои, незаметные для неискушенных в кыргызской политкухне,  ньюансы. Со стороны кажется, что у министров проснулись совесть и раскаяние за нынешнее плачевное состояние экономики и общества в целом. Со своей стороны, один из лидеров оппозиции депутат К.Байболов поспешил назвать “министерский бунт” “по большому счету, продуманной  игрой” и оказался наиболее близок к истине.  Определенную "ясность" внес вице-премьер-министр А.Мадумаров, выразив  несогласие с “неудом”, поставленным  парламентом  его работе. Думается, отсюда и следует разматывать клубок дружной отставки министров, получивших  “двойку” от Жогорку Кенеша. А двое “хорошистов” к ним примкнули, можно сказать, чисто из солидарности и одновременно сообразуясь со своими скромными профессиональными возможностями на случай прихода более сильного и квалифицированного  будущего кабинета, если отставку все-таки примут.

Но “судный день” кабинета  не состоялся: сначала премьер-министр, затем президент отклонили отставку министров -   тандем не отдал их парламенту на “съедение”.  Отношение к отставке разнится и у членов высокого политического союза. Ясно, что прими К.Бакиев отставку  кабинета, он сам вынужден будет пойти на радикальные кадровые и административные реформы, на которых неустанно настаивает послемартовская оппозиция, и на которую президент ни морально, ни физически не готов, и скорее всего, не способен. Другая ситуация у Ф. Кулова. Он вынужден довольствоваться имеющимся под рукой чиновничьим контингентом, с которым успел съесть не один пуд “революционной” соли. Ему важнее не расшатывать ситуацию в стране, и в условиях “худого мира”  как с царедворцами, так и с политическими оппонентами  успеть сделать что-то стоящее, конструктивное в сегодняшнее смутное время.  В отличие от отягошенного семейно-клановым грузом, а также проблемами с криминалом  старшего тандемного собрата,  “железный генерал” в эти дни показывает дальновидность и гибкость политического ума. Поведение и шаги премьер-министра Ф.Кулова, как бы ни ворчали его оппоненты, показывают пример государственного мышления. Это признают даже его недоброжелатели, в своих комментариях  обвиняющие теперь главу правительства в кознях с целью занять президентское кресло.

 К.Бакиев упорно не желает считаться с новыми реалиями,  впервые сложившимися на днях после революционного раздрая в Кыргызстане. Удивляться президентскому упорству не приходится еще и по той причине, что его  политическое  окружение составляют нелучшие представители   коммунистического прошлого и герои постсоветской смуты, во время которой  вчерашние кыргызские партократы, выбрасывая и сжигая партбилеты,   в массовом порядке сменили “профессию”: вдруг становились  заядлыми  правоверными, проповедниками “старины глубокой”. Наглядный пример – госсекретарь Дастан Сарыгулов и руководитель президентской администрации Усен Сыдыков,  вчерашние первые секретари обкомов: первый усиленно обращает продвинутых в отличие от своих вождей кыргызстанцев в доисламское язычество под названием “тенгрианство”, а второй с завидным коммунистическим упорством, достойным лучшего применения, продолжает изо всех сил цепляться за визирское кресло, словно с ним связаны его жизнь или смерть. Такой настрой и  склад ума свойственны бывшим членам КПСС, для которых лишение  должности или партбилета означало катастрофу. Эти товарищи-господа до сих пор   не хотят признать очевидные вещи, такие, как изменение политического строя в стране, и то, что ныне  не должность, а личность красит человека.

Судя по ходу кыргызстанских событий,  Бакиева,  в лучшем для его соотечественников случае, ждет мучительное размежевание с революционизированными  “боярами” во властной обойме,  и неизвестно, чем обернется лично для него такое размежевание.  А в худшем  – продолжение игры в “кошки-мышки” с оппозицией с неопределенным и весьма чреватым  финалом. Впрочем, кыргызстанская действительность такова, что играть в “чапайку” с оппонентами можно до бесконечности, до последней фигуры,  между делом приглашая друг-друга на дружеские  “бесформенно-круглые застолья” для поддержания призрачного мира в обществе,  пока терпение у другой стороны не лопнет. Благо сама игра в “чапайку” довольно интересная и захватывающая, с одним лишь минусом, что эта  игра  совсем   не для взрослых политиков.

Занятные вещи происходят  в кыргызстанских СМИ. Бывшая, безбожно хаявшая и по-всякому оскорблявшая старую власть и лично президента А.Акаева  “желтая пресса”  сразу после прошлогоднего переворота безоглядно, в лучших традициях представительниц   известной “древнейшей профессии”,   пошла на служение новой власти. Притом обслуживает ее настолько яро,  страстно и безумно,  что в ее материалах вовсе размыты границы, разделяющие   объективную журналистику от  геббельсовско-ждановской пропаганды. И тому тоже есть простое житейское объяснение: в “ядротолкателях”  бакиевского “калибра”  нынче стоят (или лежат) бывшие  партийки и партийцы с  закостеневшими и заштампованными  еще  в прошлом веке идейными и мыслительными шаблонами.  Диву даешься, читая  сегодня вчерашние “желтые” газеты: какая трогательная забота об общественном спокойствии и  гневные “правдинские” разоблачительные реплики и статьи по поводу злых козней оппозиции и оппозиционеров! Нет предела двурушничеству бывших  “оппозиционных” изданий: они же молчали или выдавали за народное восстание прошлогодние предмартовские  беспорядки в стране, когда юг Кыргызстана был охвачен антиправительственным мятежом, захватывались и поджигались административные здания, официальные руководители областей и районов, члены их семей  брались в заложники, милиционеров избивали и убивали. Великодушный Аскар Акаев!  Он терпел этих двуличных  маргиналов от пера, считался с ними, не стал, подобно  нынешней власти, не понравившиеся СМИ по-бандитски терроризировать, экспроприировать  через  подставные и специально нанятые лица,  мордовать и отдавать  в руки криминала. В свое время А.Акаев простил даже своих потенциальных убийц и  их главаря,  нынешнего главного инициатора роспуска парламента.  О  реально существовавшем преступном плане физической ликвидации  первого президента Кыргызстана публично признались бывшие члены  специально организованной банды, а также известная в стране правозащитница.

Послемартовская власть сегодня  сидит на народном счетчике, включенном после 29 апреля.  Помнится,  К.Бакиев  неоднократно обещал в любом случае  работать с этим парламентом до окончания его конституционного срока. Однако не в этом ли заключается "продуманная игра" - сделать парламент и некоторых депутатов более сговорчивыми? Шумная сценка с групповой отставкой министров и двух вице-премьеров в действительности направлена на окончательную  дискредитацию парламента и его роспуск. Скорее всего, так оно и есть, судя по заявлению К.Бакиева, “В случае если все же возникнут непреодолимые противоречия между парламентом и исполнительной властью, то я буду вынужден воспользоваться своим конституционным правом и пойти на кардинальные меры в отношении парламента". Конечно, формально президент, согласно Конституции, имеет право, в случае чего, распустить Жогорку Кенеш.  Но тогда  ситуация в Кыргызстане лишится сегодняшнего хрупкого равновесия, события могут окончательно выйти из-под контроля перед очередным, более жестоким  и непредсказуемым  политическим испытанием: новыми парламентскими выборами. Тогда уж точно, в игру вступят игроки извне и – прощай независимость?..

А.Садко.


Подмоченная революция


04.05.2006 [07:49:00]

За прошедший год слова «мы» и «народ» претерпели в устах политиков девальвацию содержания

По крайней мере, покидая центральную площадь столицы, демонстранты пообещали президенту страны Бакиеву организовать 27 мая «Майдан», где вместо скромных палаток предстанут более просторные восточные юрты. А тем временем эксперты уверены, что очередная прелюдия к революции – это не более чем результат прошлогоднего государственного переворота. Поскольку приход к власти новых кланов, и по сей день не имеющих какой-либо позитивной программы преобразований, не мог повлечь за собой чего-то иного, кроме тривиальной борьбы за властные кресла и сопутствующих ей материальных претензий.

Главной политической интригой процесса перераспределения власти в республике в течение года были взаимоотношения между Курманбеком Бакиевым и Феликсом Куловым, организационно оформленные с 13 мая 2005 года в своеобразный тандем. Однако уже осенью 2005 года во внутриполитическом процессе появились новые составляющие. Открыто заявил о своих претензиях на политический статус криминалитет, персонально представленный Рысбеком Акматбаевым. Инкорпорирование криминалитета в политическую жизнь, помимо естественной негативной реакции общества, послужило поводом для нарастания политической активности той части киргизской политической протоэлиты, которая от процесса перераспределения властных функций после прошлогоднего мартовского переворота была отстранена.

Процесс формирования новой оппозиции в том виде, каковой она оказалась, стал результатом изначально низкой политической культуры обеих сторон процесса – и собственно оппонирующих президенту парламентских и околопарламентских кругов, и самого президента и его окружения. Неспособность Бакиева к достижению компромисса с оппонентами, нежелание делать даже малейшие уступки постепенно радикализовали оппозиционные круги. Катализатором этого процесса стала февральская отставка спикера парламента Омурбека Текебаева, которая, казалось, заметно ослабила оппонирующую президенту Бакиеву часть парламента, но это состояние политического затишья сохранялось недолго.

8 апреля в ряде избирательных округов прошли довыборы на освободившиеся по разным причинам места в парламенте. В Балыкчинском избирательном округе внушительную победу одержал упомянутый Рысбек Акматбаев, ранее оправданный судом по большому списку инкриминировавшихся ему тяжких преступлений. Однако депутатство Акматбаева зависло по причине «случайно обнаруженного» буквально перед оглашением ЦИК официальных итогов выборов незавершенного уголовного дела. 31 марта Акматбаев вывел к зданию Дома правительства в Бишкеке своих сторонников: из столичных торговых центров начали вывозить товар… В тот день президент Бакиев впервые после прихода к власти вышел на площадь. Но, попытавшись (по крайней мере, публично) урезонить сторонников Акматбаева апелляцией к «самому демократическому» суду, он одновременно вызвал новое раздражение у оппозиционеров.

8 апреля НПО «За демократию и гражданское общество», возглавляемая Эдилем Байсаловым, провела митинг против коррупции и сращивания власти и криминалитета, а 13 апреля в Бишкеке было совершено покушение на Байсалова. Наиболее популярная версия была предельно проста – Байсалов пострадал за свои выступления против Рысбека Акматбаева. Однако эта версия как раз потому, что она лежала «на поверхности», выглядела и самой противоречивой. Оппоненты Байсалова утверждали, что все произошедшее может быть инсценировкой. Имидж Байсалова в Кыргызстане весьма неоднозначен: помимо обвинений в том, что он просто отрабатывает деньги зарубежных доноров, говорят и о том, что его политическая позиция колеблется в зависимости «от конъюнктуры рынка». Говорили также, что подобное нападение было выгодно самому Байсалову… Сразу же были опубликованы несколько заявлений политических партий и правозащитных организаций, которые потребовали от президента Бакиева активизировать борьбу с криминалом. Учитывая, что в те дни должна была определиться окончательная судьба депутатского мандата Рысбека Акматбаева, покушение на Байсалова было на руку прежде всего противникам Акматбаева, главным из которых – и это известно всей республике – является премьер-министр Феликс Кулов. Кстати, Кулов сразу же заявил о том, что усматривает в покушении исключительно политическую подоплеку.

Нападение на Байсалова стало главным поводом для срочно созданной оппозиционными депутатами «Народной коалиции демократических сил» провести общенациональный митинг «Народ Кыргызстана требует реформ». 17 июля был создан штаб по проведению 29 апреля 2006 года митинга, который возглавил, естественно, экс-спикер Омурбек Текебаев. Основные требования сводились к немедленному проведению конституционной реформы (перераспределение властных функций в пользу парламента), обновлению кадровой политики, недопущению криминалитета во власть… Весь последующий период напоминал попытку устроить некую массовую политическую истерию: под знаком митинга жила вся республика, зазвучали заученные тексты, одинаковые спичи, демонстрирующие одинаковое же непонимание ситуации. Газетные и телевизионные новости обрушивали на свою аудиторию вал всевозможных заявлений: «Поддерживаем митинг!», «Протестуем против митинга!». В атмосфере общественной жизни накапливалось раздражение…

Краткосрочный сценарий середины апреля применительно к грядущим событиям мог рассматриваться в трех версиях. Версия первая: президент Бакиев делает серьезные уступки оппозиционерам, четко обозначает стремление к компромиссу, вследствие чего 29 апреля (митинг отменить уже вряд ли удастся) возглавляет оптимистически настроенные колонны, празднующие очередную победу киргизской демократии. Об этой версии писать, к сожалению, приходилось лишь с высокой долей иронии. Неспособность Бакиева к проведению реальной политики уже широко известна, и трудно было ожидать столь кардинального изменения в его политическом поведении, коль уж этого не случилось раньше.

Версия вторая: президент Бакиев обозначает свою готовность к диалогу с оппозицией, проводит встречи с ее лидерами, забалтывает их, демонстрирует намерение пойти на уступки… но в итоге все вязнет в переговорах, которые не получают реальных результатов, но тем не менее снимают остроту момента, пролонгируя конфликт на будущее в вялотекущей форме.

Версия третья: радикальные силы внутри самой оппозиции либо вмешательство извне (криминальные группы) провоцируют участников митинга на беспорядки. В действие вмешивается милиция – вплоть до применения оружия. В пользу этого сценария свидетельствовало заявление самого Курманбека Бакиева от 26 апреля, в котором он подчеркивал, что в случае попытки захвата Белого дома во время митинга правоохранительными органами будут предприняты самые жесткие меры. Понятно, что проблем Бакиева такое развитие событий (версия третья) не решало. Этот шаг потребовал бы продолжения в двух, как минимум, направлениях. Во-первых, дальнейшего максимального сужения сферы деятельности любой оппозиции и гражданской активности вообще (включая средства массовой информации). Во-вторых, принципиального пересмотра внешнеполитических (и геополитических в том числе) приоритетов. В ответ на заявление Бакиева посольство США мгновенно прореагировало собственным, в котором призвало представителей государственных структур и лидеров оппозиции к проявлению сдержанности и воздержанию от угроз или применения силы во время мирных манифестаций, посол США Мари Йованович призвала власти Кыргызстана уважать право граждан на свободу собраний и свободу слова.

В любом случае, киргизский политический марафонский забег 13–29 апреля показал, что оппоненты Белого дома выдохлись уже на середине дистанции. Коалиция политических партий и общественных организаций, создававшаяся с амбициями на статус конструктивной оппозиции действующей власти, постепенно начала сдавать позиции. Это стало особенно очевидно, когда ее представители вступили в полемику со своими оппонентами. 19 апреля в прямом телеэфире состоялся «круглый стол» лидеров оппозиции с главой государства, после которого представители НКДС признали, что проиграли: «Мы не были готовы к разговору с президентом, просто не успели этого сделать. И получилось то, что получилось».

Наверное, вовсе не проливной дождь был причиной тому, что митинг 29 апреля не имел результатов, на которые рассчитывала оппозиция. Лидеры оппозиции делают заявления, в которых выражают свою удовлетворенность: дескать, теперь Бакиев и Кулов увидели, что мы – не депутаты-одиночки… В пользу оппозиции вроде бы работает и тот факт, что и президент, и премьер-министр были, по сути, освистаны собравшейся толпой из нескольких тысяч человек. Но, по большому счету, развитие событий пошло по сценарию пролонгации конфликта: на 27 мая оппозицией назначен новый митинг. И вряд ли стоит ожидать от Бакиева конструктивных действий навстречу тем требованиям, которые были (и остаются) выдвинуты оппозицией. Наиболее вероятны в обозримой перспективе попытки Бакиева и дальше саботировать выполнение своих же предвыборных обещаний и потихоньку укреплять позиции личной власти. Правда, в этом ему могут помешать нерешенные проблемы с криминалитетом: Рысбек Акматбаев уже сделал заявление о том, что он готов заблокировать Боомское ущелье (единственная дорога в Иссык-Кульскую и Нарынскую области), если вопрос о его депутатстве не будет решен положительно… Заодно появятся и поводы для новых митинговых страстей неудовлетворенных нынешним статус-кво депутатов.

Очередной всплеск политического кризиса в Кыргызстане было бы наивно рассматривать, обращая внимание лишь на внутриполитические его составляющие. В конце марта – начале апреля в недрах президентской администрации созрело решение, результатом которого стало заявление президента Бакиева от 19 апреля, когда, выступая по государственному телевидению, он предупредил, что Кыргызстан оставляет за собой право рассмотреть возможность выхода из двустороннего соглашения США – в случае если переговоры не завершатся до 1 июня 2006 года. Президент КР подчеркнул, что «урегулирование вопросов по дальнейшему пребыванию военного и гражданского персонала министерства обороны США в Кыргызской Республике» затянулось по вине американской стороны. Впервые вопрос о выводе американской базы встал на рубеже 2004–2005 года перед тогдашним президентом Аскаром Акаевым. В ноябре–декабре 2004-го шли напряженные закрытые киргизско-американские переговоры, в ходе которых американцы пытались добиться согласия на размещение в аэропорту Манас самолетов Е-3А системы АВАКС и согласия киргизской стороны на проведение ими регулярных разведывательных полетов вдоль границы с Китаем. С большим трудом киргизской стороне удалось тогда отказаться от настойчивых предложений США.

Попытка шантажировать США была предпринята Бакиевым в преддверии его первого официального визита в Россию: надо полагать, что интрига его заявления в адрес США была одновременно и сигналом Москве. Однако сигналом не понятым. Москва не заинтересована в выводе американцев из Кыргызстана ценой неминуемого обострения и без того сложного сегодня комплекса российско-американских отношений. Проявив себя непоследовательным союзником и партнером в вопросе о той же базе в прошлом году (сначала подписав известную декларацию ШОС в Астане, а затем аннулировав ее подписанием соглашения по военной базе с госсекретарем США), Бакиев не вызывает серьезного доверия у российского руководства. Вряд ли росту такого доверия способствует и внутриполитическая ситуация в Кыргызстане. В. Путин основное внимание уделил военной базе ОДКБ в Канте, одновременно российский президент подтвердил все предыдущие опасения российских официальных лиц и потенциальных инвесторов относительно общей обстановки в Кыргызстане, выразив серьезную озабоченность нестабильной политической ситуацией в республике, главным образом связанной с разгулом криминала. Намерения же оказать экономическую и финансовую помощь Кыргызской Республике Москва выражала неоднократно, но дальше подписания общих соглашений дело не шло, не пошло и теперь. Причина такой осторожности кроется в сплошной коррупции в киргизских госструктурах, резко возросшей после прошлогоднего переворота, и сложной криминогенной ситуации.

Это как раз те проблемы, решать которые киргизское руководство, судя по всему, просто неспособно. А значит, неспособно и избежать новых кризисов с самыми непредсказуемыми последствиями.

Александр КНЯЗЕВ, Бишкек